"...Дракон был совсем маленьким - ростом чуть больше девочки. Девочка тоже была маленькой, и ей нравился дракон - такой красивый, крылатый, с сияющими глазами...
Так они подружились, и иногда дракон позволял девочке забираться ему на спину и подолгу летал с ней в ночном небе. Девочка смеялась, протягивая руки к небу, и звезды падали ей в ладони, как капли дождя, и дракон улыбался, а из его пасти вырывались маленькие язычки пламени...
...Вдвоем они часто бродили по лесам. Была у них любимая поляна: красивые там были цветы, а неподалеку росла земляника; девочка собирала ее, а горсть ягод всегда высыпала в драконью пасть. Дракону, конечно, это не было нужно, - ему хватало солнечного света и лучей Луны, - но маленькие прохладные ягоды казались такими вкусными - может, потому, что их собирала для дракона девочка. Вечером она набирала сухих сучьев, и дракон помогал ей развести костер, а сам пристраивался рядом. Они смотрели на летящие ввысь алые искры, и девочка пела дракону песни, а он рассказывал ей чудесные истории и танцевал для нее в небе, и приводил к костру лесных зверей - девочка разговаривала и играла с ними, и ночные бабочки кружились над поляной... А однажды пришел к костру Белый Единорог из Долины Ирисов, и говорил с ними - мыслями, и это было, как музыка - прекрасная, глубокая и немного печальная...
...Шло время, девочка подросла, а дракон стал таким большим, что, когда он спал, его можно было принять за холм, покрытый червонно-золотыми листьями осени. Нет, они остались друзьями; но дракон все чаще чувствовал себя слишком большим и неуклюжим, а девочка была такая тоненькая, такая хрупкая...
Больше он не мог бродить с девочкой по лесу, и, если бы он попытался разжечь костер, его дыхание пламенным смерчем опалило бы деревья. Дракон печалился, и девочка рассказывала ему смешные истории, чтобы развеселить его хоть немного, а он боялся даже рассмеяться: сожжет еще что-нибудь случайно...
Один раз он пожаловался Единорогу - говорил, что не хочет быть большим. Лучше бы я оставался маленьким, вздохнул дракон, и мы гуляли бы вместе, играли бы, а сейчас? И Единорог ответил: у каждого свой путь, ты сам скоро это поймешь...
А потом пришла в эту землю беда. Неведомо откуда появился серый туман, и там, где проползал он, не оставалось ничего живого. Увядала трава, осыпалась листва с деревьев, в ужасе бежали прочь звери и умолкали птичьи песни. Все ближе подбирался туман, несущий смерть, и не знали люди, как защитить себя и что делать. Тогда ушел дракон, и долго никто ничего не знал о нем, а девочка стала молчаливой и печальной...
Он вернулся. Золотая чешуя его потускнела, волочилось по земле перебитое крыло, и темные пятна крови отмечали его путь, и устало прикрывал он сияющие глаза.
Он вернулся и сказал: Это больше не вернется. А потом лег на землю и уснул. Он был похож на холм, укрытый червонно-золотыми листьями осени. Он спал долго. Менялись звезды в небе, отгорела осень, зима укутала его снегом... А потом наступила весна, и расцвели рядом со спящим драконом цветы - золотые, как его крылья, алые, как его пламя, пурпурные, как его кровь... А девочка все ждала: когда же дракон проснется? И приходила к нему, и гладила его сверкающую чешую, плакала потихоньку и пела ему песни...
Тогда вышел к ним из леса Белый Единорог, мудрый зеленоглазый Единорог. И дракон проснулся. Так ли уж плохо быть большим, спросил Единорог.
У каждого свой путь, ответил дракон, теперь я понимаю..."
четверг, 19 марта 2009 г.
С сумочкой в руках и на голове
Женщина и сумочка... этот "роман" длится века. Сумочка постепенно трансформировалась от изящного ридикюля в массивную торбу, способную вместить в себя разве, что не слона. Но оно и понятно - жизнь заставляет женщину все свое иметь с собой и еще по дороге заполнять свою сумочку тем, что будет необходимо для ведения домашнего хозяйства или же ухода за собой. Мужчины, очевидно прочувствовали этот момент и... решили поставить памятник женщине с сумочкой.
Такая скульптура появится скоро в одном из городов в Донецкой области. Город заказал известному в Донбассе скульптору Юрию Коровушкину выполнить фигуру женщины в возрасте около 40 лет в нормальной одежде, с нормальными формами и с сумочкой и цветами. Памятник будет высотой 2,2 метра на постаменте в 2,5 метра. Но пока это только проект, который пытается воплотить в жизнь местный скульптор.
А вот это творение - женщины с сумочкой... на голове - уже воплощено в жизнь. Модный американский модельер Айзек Мизрахи (Isaac Mizrahi) решил продемонстрировать чудеса креативности и изобретательности. Он создал сумки-шляпки. Дизайнер полностью освобождает руки представительниц свободного пола, перемещая сумочки. на их головы. Изделия выполнены из натуральной кожи, имеют сочные и яркие цвета, но совсем обычные для сумок дизайны. Сумочка снабжена двумя ручками и внутренним кармашком, а в основании шляпки сделано крупное углубление, чтобы с легкостью протиснуть свою голову. Похоже на женщину Востока? Что-то очень сомнительно... а пока все это похоже лишь на милый курьез из области моды и дизайна.
Но какая бы у женщины не была сумочка, главное для нее все же дом, а в нем то место, где мы проводим больше всего времени - кухня. Дом может иметь кухни эконом класса и роскошно-шикарные, но в любом случае это для многих самое уютное место в доме. Как создать уют? Просто сделать заказ кухни в том стиле и с теми требованиями, которые его смогут реально обеспечить.
Там было штук 200 цветов.
пока писала ответ на комментарий к предыдущему посту, вспомнилось.
Через пару часов после того, как я поняла, что свадьбы не будет, отослала смс с текстом "Вы, наверное, меня не помните, но я хочу гулять!" одному малознакомому человеку. И на следующий день села к нему в машину, и мы поехали гулять. Он сказал, что повезет меня в место, где самые вкусные десерты, и привез меня.. аккурат к офису горе-жениха..)) а потом мы долго катались по городу. А потом он привез меня на цветочный рынок у Киевского вокзала, вышел и вернулся с такой охапкой роз, какую я никогда не видела. Там было штук 200 цветов. Правда, эту охапку роз я выложила на подъезде к дому, когда он уехал...
А познакомилась с ним сразу после какой-то там важной победы наших футболистов в июне. Я, как и все в ту ночь, пошла гулять, он подъехал сзади и звал ехать гулять в центр, но я сказала, что жду человека. Да, я поехала потом за этим напившимся человеком и привезла его к себе домой, потому что хотела наконец провести с ним время. Ночь, если хотите. Ну так вот, с новым знакомым никуда не поехала, но телефон оставила. Это был странный момент, у меня и мысли не было давать номер, к тому же я была уже обручена, но потом вдруг заколебалась - и все-таки сказала телефон. Как оказалось потом, неспроста.. Он стал первым, кто не дал мне наделать глупых вещей. И спасибо ему. Спасибо всем, кто не позволял мне тогда оставаться дома, в четырех стенах.
Мне кажется, что я стала очень сильной. И что теперь справлюсь с любым испытанием. Кроме смерти близких. Остальное - фигня. Если я отработала полный день после сообщения об отмене свадьбы и своим видом не выдала свое состояние, если на следующий день поехала развлекаться, если плакала всего пару-тройку дней ну и еще потом иногда ситуационно, если не вспоминала, если не видела снов, не имела ни намека на мысль вернуть.. то да, я молодец и героиня!)
Через пару часов после того, как я поняла, что свадьбы не будет, отослала смс с текстом "Вы, наверное, меня не помните, но я хочу гулять!" одному малознакомому человеку. И на следующий день села к нему в машину, и мы поехали гулять. Он сказал, что повезет меня в место, где самые вкусные десерты, и привез меня.. аккурат к офису горе-жениха..)) а потом мы долго катались по городу. А потом он привез меня на цветочный рынок у Киевского вокзала, вышел и вернулся с такой охапкой роз, какую я никогда не видела. Там было штук 200 цветов. Правда, эту охапку роз я выложила на подъезде к дому, когда он уехал...
А познакомилась с ним сразу после какой-то там важной победы наших футболистов в июне. Я, как и все в ту ночь, пошла гулять, он подъехал сзади и звал ехать гулять в центр, но я сказала, что жду человека. Да, я поехала потом за этим напившимся человеком и привезла его к себе домой, потому что хотела наконец провести с ним время. Ночь, если хотите. Ну так вот, с новым знакомым никуда не поехала, но телефон оставила. Это был странный момент, у меня и мысли не было давать номер, к тому же я была уже обручена, но потом вдруг заколебалась - и все-таки сказала телефон. Как оказалось потом, неспроста.. Он стал первым, кто не дал мне наделать глупых вещей. И спасибо ему. Спасибо всем, кто не позволял мне тогда оставаться дома, в четырех стенах.
Мне кажется, что я стала очень сильной. И что теперь справлюсь с любым испытанием. Кроме смерти близких. Остальное - фигня. Если я отработала полный день после сообщения об отмене свадьбы и своим видом не выдала свое состояние, если на следующий день поехала развлекаться, если плакала всего пару-тройку дней ну и еще потом иногда ситуационно, если не вспоминала, если не видела снов, не имела ни намека на мысль вернуть.. то да, я молодец и героиня!)
Бабочки
Бабочки... Странные создания. Красивые, разные, беззащитные... Состоящие будто только из крыльев. Что было бы если б бабочек не стало? Все было бы так же. Мир не развалился бы. Солнце все так же светило бы, ветер дул, цветы цвели и тому подобное. Но... лето перестало бы быть летом. Мир стал бы на йоту, но менее ярким... Такие красивые, такие беззащитные. Одно, только одно движение.. и вот пополнилась коллекция очередным экземпляром."Бабочки в животе".... Ощущение влюблённости или трепещущего волнения.., хотя иногда, второе может быть следствием первого... А ведь на самом деле. ощущение такое, как будто бабочка бьется о стенки банки сбивая пыльцу с изящных крыльев Мятежные, свободные, красивые, беззащитные , появляющиеся летом из уродливых гусениц и исчезающие зимой, они вызывают все чувства подряд. Восхищение их красотой, легкое отвращение, как ко всем насекомым, жалость и немного ненависти за их беззащитность. Странные, странные существа.
"Человек может все". Интервью с актером Сергеем Гармашем
Сергей Гармаш родился 1 сентября 1958 в Херсоне в рабочей семье. Был непростым ребенком, пару раз его исключали из школы. Об актерской профессии не думал - мечтал после школы поступить в "мореходку". В Днепропетровское театральное училище решил поступать, поскольку ему показалось, что там проще сдать экзамены. Окончив училище, получил специальность актера кукольного театра. После службы в армии отправился в Москву и поступил в школу-студию МХАТ. По окончании ее был принят в труппу Московского театра "Современник". В кино начал сниматься с 1984 года ("Отряд"). Частичная фильмография: "Моонзунд" (1987), "А был ли Каротин" (1989), "Бесы" (1992), "Пистолете с глушителем" (1993), "Время танцора" (1997), "Ворошиловский стрелок", "Поклонник" (1999), "Нежный возраст" - премии "Ника" и "Золотой Овен", "Механическая сюита" (2001), "Дневник камикадзе", "Марш-бросок", "Любовник" (2002), "Свои" - премия "Золотой Орел", "72 метра", "Мой сводный брат Франкенштейн" (2004), "Бедные родственники" (2005), "Охота на пиранью" (2006).
Психологический Навигатор: Сергей Леонидович, не могли бы Вы выразить Ваше отношение к психологии?
Сергей Гармаш: Я знаю, что сейчас психология - это модно, в какой-то мере людей это интересует. Но если бы меня спросили, существуют ли у меня какие-то знания по психологии, я бы, конечно, не смог бы сформулировать научно, что такое психология. Но на уровне внутреннего самообразования, внутренних ощущений знания о психологии у меня существуют. И, прежде всего, из литературы.
ПН: А какая литература дала Вам эти знания?
СГ: В первую очередь, безусловно, Достоевский. Если вы что-то хотите узнать о человеке как таковом, если вы хотите узнать на что способны его психика, его душа, каких высот и падений она может достигать, то читайте Достоевского. Конечно, сюда можно также добавить и Толстого, и Чехова, и Бунина, который был тончайшим психологом. Чего стоят, например, его "Тёмные аллеи", говорящие об исключительно тонком знании психологии женщин и мужчин.
ПН: А в школе-студии МХАТ Вы не изучали психологию?
СГ: Отдельных занятий по психологии у нас не было. Но то, чем мы там занимались, чему нас учили, безусловно, вытекает из этой области. Например, система Станиславского, которая сложилась в нашей школе, предполагала всевозможные упражнения, которые занимали у нас практически весь первый курс. Это были упражнения на внимание, на развитие фантазии, на воображение, на взаимодействие, на чувства партнёра. В итоге это приводит к тому, что ты можешь ощутить, что такое Я в предлагаемых обстоятельствах. Думаю, что где-то на подсознательном уровне, я занимаюсь психологией всю свою жизнь.
Например, мы на первом курсе занимались такими вещами, как наблюдение. Перед занятиями мы все собирались, и должны были рассказать, как прошло твоё утро, что случилось такого, что было интересным или необычным. Если ты был наблюдателен, то, наверняка, мог описать внешность людей, которых встретил в метро, может быть, даже процитировать их реплики. А может быть, ты смог увидеть особенность их характера или их настроение. Я, наверное, на протяжении всей своей жизни людей наблюдаю. Наблюдаю своих коллег на сцене, просто окружающих меня людей. Я не делаю этого специально, это такая подсознательная работа.
Помню, я снимался в 1985 году у Володи Хотиненко. Мы жили в псковских Печорах. Это малюсенький городишко, там даже кинотеатр не работал. И было два места: либо ресторан, либо монастырь. Мы то водку пили, то в монастырь ходили. В монастырь ходить было невероятно интересно. Интересно наблюдать за монахами, но не как за некой экзотикой, хотя ее там тоже хватало (я, например, там я впервые увидел монаха с бородой ниже пояса). Но, прежде всего, наблюдая за людьми, начинаешь более глубоко думать о самом себе, о своей жизни.
Однажды я увидел на службе человека. Он стоял босиком, в расстёгнутой рубашке, без креста. И человек, когда начиналась служба, крестился, а после последнего приложения к плечу, клал земной поклон. Склонялся до земли. И от этого поклона начинал креститься, в достаточно медленном ритме на протяжении всей службы. Вот я смотрел на него и думал: "Господи, что же сделал этот человек, чего он просит, за что он просит прощения, или за что он благодарит?" И этот человек, его действия заставили меня задуматься о многих вещах: "а как бы я себя вел, если бы на мне был страшный грех?" или "мог бы я таким образом избавиться от душевной боли?".
ПН: А были ли в Вашей жизни еще какие-нибудь ситуации, которые заставили очень сильно задуматься?
СГ: Когда я первый раз попал в псковсую Печору, там был один монах. Он был удивительным. Когда я встречался с ним взглядом, он спокойно смотрел, не на меня, но одновременно и не сквозь меня. Чтобы иметь такой взгляд, нужно много работать. Я чувствовал, что у этого монаха какое-то особенно глубокое внутреннее содержание. И мне до того захотелось внутренне прикоснуться к этому содержанию, что я начал ходить вокруг него, ходить. Наконец, подошел к нему и говорю: "Святой отец, могу я Вас спросить?". Он говорит: "Да". Я говорю: "А вот когда царь сюда приезжал, эта церковь уже существовала?" Он говорит: "Да". Теперь понимаю, что отвечая, он знал, что меня, на самом деле, интересует не это. И дальше почти дословно. Я говорю:
- А могу я Вас спросить?
- Да.
- Скажите, а Вы давно здесь, в этом монастыре?
И дальше он говорит без всякого нравоучения, очень спокойно.
- Молодой человек, когда Вы задаёте эти вопросы, то Вы думайте, для чего Вы их задаёте. Вот скажите, что в Вас изменит то, что Вы узнаете, что я здесь три года или тридцать три года?
И вдруг праздность моего вопроса становится абсолютно материальной, такой определенной. Но я с упорством кретина задаю ещё вопрос:
- А Вы могли бы отсюда уйти в мир?
- А зачем?
Вот что такое для меня психология. Сидит человек, который сказал мне две-три фразы, но который вызывает невероятный интерес. Не просто своим обликом, своей бородой, или тем, что находится в одном из старейших монастырей России. Нет, он интересен потому, что в нем есть содержание. Может я и ошибаюсь, но думаю, что многие психологические проблемы идут как раз от этого - от нехватки внутреннего содержания.
ПН: Что, по Вашему мнению, может помочь человеку обрести это внутреннее содержание?
СГ: Я думаю, что важен следующий момент. И это касается всех основных сторон нашей жизни. Мы хотим больше выигрывать, чем проигрывать. А в первую очередь, нужно научиться проигрывать.
ПН: Что значит научиться проигрывать?
СГ: Например, вы мне говорите "какая прелесть Сейшельские острова", а я там ещё не был. С одной стороны, я могу закусить губы и пожалеть себя, трижды за день вспомнить, что я там не был, испортить настроение себе и другим. А с другой стороны, я могу сказать себе: "если я хочу туда поехать, то я сделаю все возможное, чтобы это осуществить". И тогда проигрыш превращается в выигрыш.
У меня такое правило: никогда в проигрыше не нужно искать виновных. Проигрыш - это твой проигрыш. Его надо правильно принять, сделав определенные выводы. У меня был такой случай. Когда я поступал в Щукинское училище, я вызвался первым читать, и провалился с таким грохотом, что казалось, земля разверзлась передо мной. При чём я уже был дипломированный специалист, до армии уже работал. Я страшно испугался людей, которых там увидел, у меня дрожали колени, и произошёл так называемый актёрский зажим. И вот после такого "падения" я пошёл бесцельно бродить по Москве. И вдруг меня посетила совершенно простая мысль: Что тебе даёт этот испуг? Он тебе ничего не даёт. Зачем позволять испугу руководить своей жизнью? И тогда я подумал, что если это повторится, я просто развернусь и уеду. Эта мысль прибавила немного бодрости. А потом я подумал: " а почему я выбрал новый репертуар? Почему бы не почитать то, что я знаю давно?" И вот я ходил, думал. И в понедельник пришел в Щукинское театральное училище спокойный, как танк. Бабах, и выхожу сразу во второй тур. После чего бегу на экзамены в студию МХАТ. Читаю там, а мне говорят: " погоди, не уходи, придёшь на второй тур прямо сегодня". И потом сразу: "сдавай документы, проходи врача, не будет тебе третьего тура, придёшь прямо на конкурс". На следующий день бегу в ГИТИС. И там тоже прохожу второй тур. Короче, одно поражение трансформировалось в несколько побед. А почему? Я думаю, что внутри моего сознания произошёл какой-то щелчок. Когда я вот так ходил, я созерцал город, и подспудно во мне шла беседа. И что-то внутри меня сказало, что если повести себя по-другому, то всё можно исправить. Важно только постараться попасть в то состояние, когда этот щелчок возможен.
ПН: Сергей Леонидович, что бы Вы могли сказать человеку, который запутался, не знает, как найти выход из ситуации, находится в состоянии проигравшего?
СГ: Я скажу образно. Если бы у Вас что-то рассыпалось, например, разбилась бы ваза, то я бы вам не советовал сложить рассыпавшееся. Я бы вам посоветовал взять цветы, какой-нибудь конструктор, бумагу и краски, глину, другие материалы, и из всего этого вместе попробовать сделать что-то новое. Главное - не пытаться собрать разбитое. Не идти никогда одним путём, а проявить фантазию и попытаться соединить вещи другим образом.
ПН: Продолжая тему внутреннего содержания, что еще, по Вашему мнению, нужно уметь делать в жизни, чтобы его обрести?
СГ: Я бы сказал, что нужно уметь искренне радоваться за своих друзей.
ПН: Это сложно.
СГ: Да, и если Вы думаете, что я скажу, что у меня всегда это получается, то это будет неправдой. А ещё труднее искренне радоваться за тех, кто тебе не нравится. Но на самом деле, в этом есть смысл. Это может продлить твою жизнь. Я в этом убеждён.
ПН: А что еще может продлить жизнь?
СГ: Еще в советские времена директор института долголетия сказал, что у каждого существуют свои рецепты, но вообще хорошо спать столько, сколько хочешь, выпивать в день стакан хорошего сухого вина, и чтобы абсолютно отсутствовало чувство зависти. Мне этот набор понравился невероятно.
ПН: Сергей Леонидович, если не секрет, сколько лет Вашему младшему сыну?
СГ: Ему 8 месяцев, разница с первой дочкой - 18 лет.
Вы знаете, у меня иногда появляется желание заскочить на подножку троллейбуса сзади. Живо желание вести себя неадекватно своему возрасту. Но это, наверное, лучше, чем пластическая операция. Я не боюсь быть смешным. Потому что знаю, что это делает тебя сильнее.
ПН: А что еще человека может делать сильнее?
СГ: Во-первых, уметь до конца признавать свою неправоту. Во-вторых, надо уметь по-настоящему ставить себя на место человека, которого не понимаем или к которому готовы предъявлять претензии. Иногда у меня это получается, а иногда нет.
ПН: Что Вы сами делаете, когда попадаете в сложную ситуацию?
СГ: Когда у меня случаются всякие проблемы, то я никогда не стараюсь решить их в одну секунду, забыв об остальных делах. Почему? По многим причинам. Во-первых, какой-то внутренний механизм мне подсказывает, что всегда нужно какое-то время для обдумывания. Если бросаться сломя голову решать проблемы, можно только все испортить. Не надо дёргаться, жизнь всё равно мудрее нас. И то время, которое я беру на обдумывание сложившейся ситуации, обязательно мне что-то подсказывает.
Во-вторых, надо старательно пытаться видеть положительное даже в проблемной ситуации. А на это тоже нужно время.
В-третьих, несмотря на проблемы, жизнь все-таки продолжается. А если ты бросишь всё, и начнёшь решать только эту проблему, то ты рискуешь, наоборот, увязнуть в ней еще больше. Надо продолжать жить: пить, есть, любить - и параллельно решать эту проблему.
Есть в системе Станиславского такие понятия, как большой и малый круг внимания. Малый круг - это я разговариваю с Вами, на вас такая-то блузка. Большой круг - я сижу с Вами, но вижу, что вот ещё женщина сидит, а вон те двое пошли, а на улице весна. Чем больше ты можешь соединять большой круг с малым, тем ты будешь профессиональнее. Я говорю сейчас об актёрской профессии, но это актуально и для всей жизни. Ты можешь разговаривать, общаться, а при этом ещё и элегантно быть одетым, делать хорошо какие-то вещи, то при этом это не значит, что ты теряешь нить задачи, которую необходимо решить.
ПН: Сергей Леонидович, специально для психологического портала, скажите, пожалуйста, что-нибудь жизнеутверждающее и позитивное.
СГ: Я, наверное, скажу вот что. Человек может всё. Мы ничего не знаем о наших потенциальных возможностях. Наш мозг очень мало изучен, и может быть, если найти определенный код, то завтра мы можем начать писать не хуже, чем Агата Кристи. Я знаю один хрестоматийный случай. Пожилая женщина, домработница у одного профессора, попала в аварию, её привезли в склиф, и она в коматозном состоянии начала говорить на латыни. И когда вызвали специалиста, тот сказал, что она "Илиаду" читает. Оказывается, когда она убирала, профессор учил с учениками "Илиаду" и ее мозг записал всю информацию. Вопрос только в том, чтобы возродить все то, что кроется в глубинах нашего подсознания. Дать толчок.
ПН: Так и хочется сказать, что иногда в этом помогает психология.
СГ: Безусловно. Психология - это часть моей профессии и жизни.
http://www.psynavigator.ru/articles.php?code=121
Психологический Навигатор: Сергей Леонидович, не могли бы Вы выразить Ваше отношение к психологии?
Сергей Гармаш: Я знаю, что сейчас психология - это модно, в какой-то мере людей это интересует. Но если бы меня спросили, существуют ли у меня какие-то знания по психологии, я бы, конечно, не смог бы сформулировать научно, что такое психология. Но на уровне внутреннего самообразования, внутренних ощущений знания о психологии у меня существуют. И, прежде всего, из литературы.
ПН: А какая литература дала Вам эти знания?
СГ: В первую очередь, безусловно, Достоевский. Если вы что-то хотите узнать о человеке как таковом, если вы хотите узнать на что способны его психика, его душа, каких высот и падений она может достигать, то читайте Достоевского. Конечно, сюда можно также добавить и Толстого, и Чехова, и Бунина, который был тончайшим психологом. Чего стоят, например, его "Тёмные аллеи", говорящие об исключительно тонком знании психологии женщин и мужчин.
ПН: А в школе-студии МХАТ Вы не изучали психологию?
СГ: Отдельных занятий по психологии у нас не было. Но то, чем мы там занимались, чему нас учили, безусловно, вытекает из этой области. Например, система Станиславского, которая сложилась в нашей школе, предполагала всевозможные упражнения, которые занимали у нас практически весь первый курс. Это были упражнения на внимание, на развитие фантазии, на воображение, на взаимодействие, на чувства партнёра. В итоге это приводит к тому, что ты можешь ощутить, что такое Я в предлагаемых обстоятельствах. Думаю, что где-то на подсознательном уровне, я занимаюсь психологией всю свою жизнь.
Например, мы на первом курсе занимались такими вещами, как наблюдение. Перед занятиями мы все собирались, и должны были рассказать, как прошло твоё утро, что случилось такого, что было интересным или необычным. Если ты был наблюдателен, то, наверняка, мог описать внешность людей, которых встретил в метро, может быть, даже процитировать их реплики. А может быть, ты смог увидеть особенность их характера или их настроение. Я, наверное, на протяжении всей своей жизни людей наблюдаю. Наблюдаю своих коллег на сцене, просто окружающих меня людей. Я не делаю этого специально, это такая подсознательная работа.
Помню, я снимался в 1985 году у Володи Хотиненко. Мы жили в псковских Печорах. Это малюсенький городишко, там даже кинотеатр не работал. И было два места: либо ресторан, либо монастырь. Мы то водку пили, то в монастырь ходили. В монастырь ходить было невероятно интересно. Интересно наблюдать за монахами, но не как за некой экзотикой, хотя ее там тоже хватало (я, например, там я впервые увидел монаха с бородой ниже пояса). Но, прежде всего, наблюдая за людьми, начинаешь более глубоко думать о самом себе, о своей жизни.
Однажды я увидел на службе человека. Он стоял босиком, в расстёгнутой рубашке, без креста. И человек, когда начиналась служба, крестился, а после последнего приложения к плечу, клал земной поклон. Склонялся до земли. И от этого поклона начинал креститься, в достаточно медленном ритме на протяжении всей службы. Вот я смотрел на него и думал: "Господи, что же сделал этот человек, чего он просит, за что он просит прощения, или за что он благодарит?" И этот человек, его действия заставили меня задуматься о многих вещах: "а как бы я себя вел, если бы на мне был страшный грех?" или "мог бы я таким образом избавиться от душевной боли?".
ПН: А были ли в Вашей жизни еще какие-нибудь ситуации, которые заставили очень сильно задуматься?
СГ: Когда я первый раз попал в псковсую Печору, там был один монах. Он был удивительным. Когда я встречался с ним взглядом, он спокойно смотрел, не на меня, но одновременно и не сквозь меня. Чтобы иметь такой взгляд, нужно много работать. Я чувствовал, что у этого монаха какое-то особенно глубокое внутреннее содержание. И мне до того захотелось внутренне прикоснуться к этому содержанию, что я начал ходить вокруг него, ходить. Наконец, подошел к нему и говорю: "Святой отец, могу я Вас спросить?". Он говорит: "Да". Я говорю: "А вот когда царь сюда приезжал, эта церковь уже существовала?" Он говорит: "Да". Теперь понимаю, что отвечая, он знал, что меня, на самом деле, интересует не это. И дальше почти дословно. Я говорю:
- А могу я Вас спросить?
- Да.
- Скажите, а Вы давно здесь, в этом монастыре?
И дальше он говорит без всякого нравоучения, очень спокойно.
- Молодой человек, когда Вы задаёте эти вопросы, то Вы думайте, для чего Вы их задаёте. Вот скажите, что в Вас изменит то, что Вы узнаете, что я здесь три года или тридцать три года?
И вдруг праздность моего вопроса становится абсолютно материальной, такой определенной. Но я с упорством кретина задаю ещё вопрос:
- А Вы могли бы отсюда уйти в мир?
- А зачем?
Вот что такое для меня психология. Сидит человек, который сказал мне две-три фразы, но который вызывает невероятный интерес. Не просто своим обликом, своей бородой, или тем, что находится в одном из старейших монастырей России. Нет, он интересен потому, что в нем есть содержание. Может я и ошибаюсь, но думаю, что многие психологические проблемы идут как раз от этого - от нехватки внутреннего содержания.
ПН: Что, по Вашему мнению, может помочь человеку обрести это внутреннее содержание?
СГ: Я думаю, что важен следующий момент. И это касается всех основных сторон нашей жизни. Мы хотим больше выигрывать, чем проигрывать. А в первую очередь, нужно научиться проигрывать.
ПН: Что значит научиться проигрывать?
СГ: Например, вы мне говорите "какая прелесть Сейшельские острова", а я там ещё не был. С одной стороны, я могу закусить губы и пожалеть себя, трижды за день вспомнить, что я там не был, испортить настроение себе и другим. А с другой стороны, я могу сказать себе: "если я хочу туда поехать, то я сделаю все возможное, чтобы это осуществить". И тогда проигрыш превращается в выигрыш.
У меня такое правило: никогда в проигрыше не нужно искать виновных. Проигрыш - это твой проигрыш. Его надо правильно принять, сделав определенные выводы. У меня был такой случай. Когда я поступал в Щукинское училище, я вызвался первым читать, и провалился с таким грохотом, что казалось, земля разверзлась передо мной. При чём я уже был дипломированный специалист, до армии уже работал. Я страшно испугался людей, которых там увидел, у меня дрожали колени, и произошёл так называемый актёрский зажим. И вот после такого "падения" я пошёл бесцельно бродить по Москве. И вдруг меня посетила совершенно простая мысль: Что тебе даёт этот испуг? Он тебе ничего не даёт. Зачем позволять испугу руководить своей жизнью? И тогда я подумал, что если это повторится, я просто развернусь и уеду. Эта мысль прибавила немного бодрости. А потом я подумал: " а почему я выбрал новый репертуар? Почему бы не почитать то, что я знаю давно?" И вот я ходил, думал. И в понедельник пришел в Щукинское театральное училище спокойный, как танк. Бабах, и выхожу сразу во второй тур. После чего бегу на экзамены в студию МХАТ. Читаю там, а мне говорят: " погоди, не уходи, придёшь на второй тур прямо сегодня". И потом сразу: "сдавай документы, проходи врача, не будет тебе третьего тура, придёшь прямо на конкурс". На следующий день бегу в ГИТИС. И там тоже прохожу второй тур. Короче, одно поражение трансформировалось в несколько побед. А почему? Я думаю, что внутри моего сознания произошёл какой-то щелчок. Когда я вот так ходил, я созерцал город, и подспудно во мне шла беседа. И что-то внутри меня сказало, что если повести себя по-другому, то всё можно исправить. Важно только постараться попасть в то состояние, когда этот щелчок возможен.
ПН: Сергей Леонидович, что бы Вы могли сказать человеку, который запутался, не знает, как найти выход из ситуации, находится в состоянии проигравшего?
СГ: Я скажу образно. Если бы у Вас что-то рассыпалось, например, разбилась бы ваза, то я бы вам не советовал сложить рассыпавшееся. Я бы вам посоветовал взять цветы, какой-нибудь конструктор, бумагу и краски, глину, другие материалы, и из всего этого вместе попробовать сделать что-то новое. Главное - не пытаться собрать разбитое. Не идти никогда одним путём, а проявить фантазию и попытаться соединить вещи другим образом.
ПН: Продолжая тему внутреннего содержания, что еще, по Вашему мнению, нужно уметь делать в жизни, чтобы его обрести?
СГ: Я бы сказал, что нужно уметь искренне радоваться за своих друзей.
ПН: Это сложно.
СГ: Да, и если Вы думаете, что я скажу, что у меня всегда это получается, то это будет неправдой. А ещё труднее искренне радоваться за тех, кто тебе не нравится. Но на самом деле, в этом есть смысл. Это может продлить твою жизнь. Я в этом убеждён.
ПН: А что еще может продлить жизнь?
СГ: Еще в советские времена директор института долголетия сказал, что у каждого существуют свои рецепты, но вообще хорошо спать столько, сколько хочешь, выпивать в день стакан хорошего сухого вина, и чтобы абсолютно отсутствовало чувство зависти. Мне этот набор понравился невероятно.
ПН: Сергей Леонидович, если не секрет, сколько лет Вашему младшему сыну?
СГ: Ему 8 месяцев, разница с первой дочкой - 18 лет.
Вы знаете, у меня иногда появляется желание заскочить на подножку троллейбуса сзади. Живо желание вести себя неадекватно своему возрасту. Но это, наверное, лучше, чем пластическая операция. Я не боюсь быть смешным. Потому что знаю, что это делает тебя сильнее.
ПН: А что еще человека может делать сильнее?
СГ: Во-первых, уметь до конца признавать свою неправоту. Во-вторых, надо уметь по-настоящему ставить себя на место человека, которого не понимаем или к которому готовы предъявлять претензии. Иногда у меня это получается, а иногда нет.
ПН: Что Вы сами делаете, когда попадаете в сложную ситуацию?
СГ: Когда у меня случаются всякие проблемы, то я никогда не стараюсь решить их в одну секунду, забыв об остальных делах. Почему? По многим причинам. Во-первых, какой-то внутренний механизм мне подсказывает, что всегда нужно какое-то время для обдумывания. Если бросаться сломя голову решать проблемы, можно только все испортить. Не надо дёргаться, жизнь всё равно мудрее нас. И то время, которое я беру на обдумывание сложившейся ситуации, обязательно мне что-то подсказывает.
Во-вторых, надо старательно пытаться видеть положительное даже в проблемной ситуации. А на это тоже нужно время.
В-третьих, несмотря на проблемы, жизнь все-таки продолжается. А если ты бросишь всё, и начнёшь решать только эту проблему, то ты рискуешь, наоборот, увязнуть в ней еще больше. Надо продолжать жить: пить, есть, любить - и параллельно решать эту проблему.
Есть в системе Станиславского такие понятия, как большой и малый круг внимания. Малый круг - это я разговариваю с Вами, на вас такая-то блузка. Большой круг - я сижу с Вами, но вижу, что вот ещё женщина сидит, а вон те двое пошли, а на улице весна. Чем больше ты можешь соединять большой круг с малым, тем ты будешь профессиональнее. Я говорю сейчас об актёрской профессии, но это актуально и для всей жизни. Ты можешь разговаривать, общаться, а при этом ещё и элегантно быть одетым, делать хорошо какие-то вещи, то при этом это не значит, что ты теряешь нить задачи, которую необходимо решить.
ПН: Сергей Леонидович, специально для психологического портала, скажите, пожалуйста, что-нибудь жизнеутверждающее и позитивное.
СГ: Я, наверное, скажу вот что. Человек может всё. Мы ничего не знаем о наших потенциальных возможностях. Наш мозг очень мало изучен, и может быть, если найти определенный код, то завтра мы можем начать писать не хуже, чем Агата Кристи. Я знаю один хрестоматийный случай. Пожилая женщина, домработница у одного профессора, попала в аварию, её привезли в склиф, и она в коматозном состоянии начала говорить на латыни. И когда вызвали специалиста, тот сказал, что она "Илиаду" читает. Оказывается, когда она убирала, профессор учил с учениками "Илиаду" и ее мозг записал всю информацию. Вопрос только в том, чтобы возродить все то, что кроется в глубинах нашего подсознания. Дать толчок.
ПН: Так и хочется сказать, что иногда в этом помогает психология.
СГ: Безусловно. Психология - это часть моей профессии и жизни.
http://www.psynavigator.ru/articles.php?code=121
Из жизни насекомых.
И пчела, и муха - насекомые, из разряда жесткокрылых. И у той, и другой - голова, усики, крылья, по три пары ног, почти все одинаково. Но пчела с высоты полета безошибочно определяет не просто цветок, а медонос, и на него, соответственно, садится, чтобы принести в дом пыльцу и нектар, из чего на выходе получается дар богов - так мед в старину называли. Муха же безошибочно определяет нужную ей кучку... Похоже, в этом мы от них совсем не отличаемся. Если покрасивше сказануть - то "Женщину, религию, дорогу каждый выбирает для себя"... Но... почему - вопрос неправильный, неконструктивный. Я его не люблю - он сразу предполагает сказки- оправдалки , начинающиеся с "потому что". Далее следует длинный список виноватых(причин) - правительство, власти, ЖКХ, родители, дети, учителя, муж(жена)... А вот если спросить - ДЛЯ ЧЕГО? ты выбрал мед, такую жену, такую работу, зарплату, правительство, наконец..Тогда ответ начнется с "Для того, чтобы"... И тут уже намного интереснее!
Не рвал с тобой цветы,
Я, верно, был упрямей всех,
Не слушал клеветы
И не считал по пальцам тех,
Кто звал тебя на "ты".
Я, верно, был честней других,
Моложе, может быть,
Я не хотел грехов твоих
Прощать или судить.
Я девочкой тебя не звал,
Не рвал с тобой цветы,
В твоих глазах я не искал
Девичьей чистоты.
Я не жалел, что ты во сне
Годами не ждала,
Что ты не девочкой ко мне,
А женщиной пришла.
Я знал, честней бесстыдных слов,
Лукавых слов честней
Нас приютивший на ночь кров,
Прямой язык страстей.
И если будет суждено
Тебя мне удержать,
Не потому, что не дано
Тебе других узнать.
Не потому, что я - пока,
А лучше - не нашлось,
Не потому, что ты робка,
И так уж повелось...
Нет, если будет суждено
Тебя мне удержать,
Тебя не буду все равно
Я девочкою звать.
И встречусь я в твоих глазах
Не с голубой, пустой,
А с женской, в горе и страстях
Рожденной чистотой.
Не с чистотой закрытых глаз,
Неведеньем детей,
А с чистотою женских ласк,
Бессонницей ночей...
Будь хоть бедой в моей судьбе,
Но кто б нас не судил,
Я сам пожизненно к тебе
Себя приговорил.
Константин Симонов
Подписаться на:
Сообщения (Atom)